КОНАН-ДОЙЛ И НОВОСИБИРСКИЕ "ИНТРИГАНЫ"

В эпоху, когда важнейшим из всех искусств для нас является кино, а лучшим из фильмов - "Матрица", сцена театра, ее весьма условные декорации, отрепетированные жесты артистов, казалось бы, уже никого не способны впечатлить. Действительно, когда возможности различных спецэффектов далеко опередили фантазию режиссеров коммерческого кино, актерам вроде бы только и осталось, что играть "живую" часть общей "картинки", которую потом дополнят и расцветят всякими компьютерными "примочки". Но все это не означает кризиса искусства классической драмы.

МАТЕРИАЛИЗОВАВШИЙСЯ ВЫМЫСЕЛ

У театра иной путь, его существованию не грозит все увеличивающаяся армия компьютерных аниматоров. То, на чем держится любая драма, человеческие чувства и переживания, - не выразить компьютерным монтажом. Настоящий зрительский отклик может пробудить только сопереживание происходящему на сцене. А для того, чтобы добиться живого зрительского отклика, необязателен лишний антураж: детальные костюмы, подробные декорации, красивые спецэффекты, не оставляющие места воображению. Просмотр спектакля, как и фильма, всегда должен быть со-творчеством, взаимодействием произведения и его интерпретации, возможностью для зрителя самому вообразить недосказанное. Но что же является преимуществом именно театрального действа перед проекцией кинопленки? Конечно, материальное, реальное присутствие персонажей. Они рядом, они двигаются и говорят, они одновременно реальны и вымышлены.

НАЕДИНЕ С СОБАКОЙ БАСКЕРВИЛЕЙ

Побывав на спектакле творческого объединения "Интрига" "Ночь в полнолуние, или По ту сторону…" (по пьесе Александра Соколова), который недавно был показан на сцене театра "Старый Дом", я в полной мере ощутила на себе эту магию сценического действа. Минимум декораций, непритязательные костюмы. Значимость происходящего определяют только сами актеры. Персонажи "По ту сторону…" скрываются за милыми и привычными масками уже ставших народными героев Артура Конан-Дойла – проницательного Шерлока Холмса, простоватого доктора Ватсона, рачительной хозяйки дома миссис Хадсон и других. Однако почти сразу после начала спектакля понимаешь, что это вместе с якобы детективным сюжетом – всего лишь провокация. Благополучный мир старой доброй Англии, уютной квартирки на Бейкер-стрит разваливается на глазах. Вместе с Ватсоном из объятий обыденности, умственной лени вдруг сразу попадаешь на другую сторону привычного бытия – на девонширские болота. Как будто погружаешься внутрь самого себя, а там, в болотных глубинах твоего "я", что может встретиться? Именно там живет легендарная собака Баскервилей – твой страх. Днем – угодливый слуга, а ночью – безжалостный убийца. И куда бежать с этих болот? Связь с внешним миром иллюзорна: телеграммы туда-сюда носит слепой Картрайт, но они вечно опаздывают. Да и кому их посылать? Надежда на помощь холодного ясного рассудка напрасна. Ватсон не знает, что Холмс уже давно застрелился. Разум умер. Доктор остается один на один со зверем, с Собакой. Где он окажется после того, как взглянет в глаза собственному страху? В палате психбольницы? В собственной постели, пробудившись от кошмара? Каждый волен выбрать свой финал происшедшего.

ГДЕ ВЫХОД ИЗ СЕБЯ?

Александр Соколов, автор пьесы, режиссер спектакля, исполнитель роли Холмса, мог бы ответить на подобные вопросы, но не хочет. Как автор, он предпочитает самоустраниться, освободить дорогу своему произведению. Предоставить зрителю самому трактовать увиденное, самому отвечать на все вопросы.

Наша беседа с Александром Соколовым и с Евгением Лариным (исполнителем роли Бэрримора-Собаки и руководителем арт-группы "Раритет") была о другом.

- Александр, это ваша единственная пьеса?

А.С. - Да. Более того, это мое единственное прозаическое произведение. Я всегда был очень увлечен фольклором, читал сказки, собранные Далем и Афанасьевым. А поскольку я всю жизнь так или иначе был связан с театром, то всегда были мысли написать что-то подобное именно для театра. Эта пьеса создавалась специально для коллектива "Интриги". Сам процесс написания был поистине захватывающим. Персонажи сразу начинали жить самостоятельно, а я только сидел за клавиатурой компьютера и не знал, что они скажут или выкинут в следующий момент.

- Интересно, почему у вас страх воплотился именно в собаку?

А.С. - Это персонификация идет от личного убеждения. Кто еще мог бы им быть? Что такое собака по своей сути? Прирученный волк. И опять же фольклор: оборотни, вурдалаки - они часто имеют "собакоподобный" облик.

Е.Л. – Я сразу почему-то решил, что хочу играть Собаку, она одновременно слуга и убийца. А в целом это история человека, блуждающего в поисках собственного "я".

А.С. – По сути, это страшная сказка. Проваливаешься, как в воронку, в самого себя, в бездонную шахту собственного мозга. Заглядываешь сам себе в глаза. Помните, Ватсон все спрашивает: "Черт возьми, где здесь выход?". Где выход из себя самого?

- Ваши спектакли обычно проходят в НГУ. Чем отличается спектакль на "настоящей" сцене?

А.С. – Обычно мы репетируем и играем в сто восемнадцатой аудитории. Отличное место, я его очень люблю, но это учебная аудитория, с соответствующей аурой. Мы изначально стремились преодолеть рамки любительского театра, а такая база просто не позволяет этого сделать. На сцене же все чувствуешь совершенно по-другому, там иная атмосфера. Дух уже сыгранных спектаклей. Это настоящий театр со своей энергетикой, которая нас заряжает. Я уже смотрел по видео запись этого спектакля. Я никогда не бываю полностью доволен, но могу сказать, что в общем получилось неплохо.

- В спектакле такая разная музыка…

А.С. – Там звучит “Rolling Stones”, “Stooges”, Nick Cave, Моцарт, "Аквариум", Летов, а в начале и в конце – группа "Соколиная охота". (В которой поет сам Александр! И как только все успевает. - Прим. авт.)

Е.Л. – Мы придаем большое значение этим вещам, потому что театр – искусство столь же зрелищное, сколь и звучащее. Он – не просто череда образов, а целостная система. Арт-группа "Раритет" как раз занимается постановкой такого действа, где бы в равной степени были задействованы и театр, и музыка, и поэзия, в органичном сплаве. Фестиваль "Арт-апрель 2000" был шагом к этому: со сцены звучали стихи в исполнении актеров театра "Классика", выступали местные и приглашенные музыканты. Мы стремимся показать все то, что, по нашему мнению, заслуживает внимания, но по каким-то причинам пребывает в безвестности.

А.С. – С каждой новой постановкой мы все больше набираемся опыта, работа на профессиональной сцене тоже многое нам дала. Было и сотрудничество с режиссером-профессионалом, который ставил с нами спектакль. Большой заряд творческой энергии мы получаем от постановок театра "Ленком".

Видимо, секрет притягательности спектаклей "Интриги" не в совершенстве постановки и абсолютной отточенности "техники", а таланте актеров, общей искренности. Правда, само по себе это еще не гарантия блестящего будущего молодого театра, но вместе с множеством творческих планов и энергией для их реализации – можно не сомневаться, что оно обеспечено!